Мораль как регулятор социального повеления

Мораль как регулятор социального повеления

Федеральное государственное образовательное учреждение

Высшего проф образования

«Сибирский муниципальный институт физической культуры

И спорта»

Гуманитарный факультет

Кафедра «Связи с общественностью»

Реферат по дисциплине «Профессиональная этика»

Человек- существо моральное?

Выполнила:

студентка 1 курса

группы Г11СО

Баженова Евгения Станиславовна

Научный управляющий:

кандидат филол. наук,

ст. педагог

Елкина Мария Владимировна

Омск

2011 год.

СОДЕРЖАНИЕ

Мораль как регулятор общественного поведения…………………………………….………...3

Причины формирования морали…………………………………………………………....…11

Функции морали Мораль как регулятор социального повеления…………………………………………………………………………….….12

Морально-этические аспекты и их воздействие на человека…………………………….….….13

.

Перечень применяемой литературы………………………………………………………….....21

Мораль как регулятор общественного повеления

Чело­век есть существо моральное, владеющее способностью быть нравственным (homo moralis ). На самом деле, это духовный стер­жень личности. Личность стает как носитель блага, добра, к тому же преисполненная энергией творить добро.

Человек — существо публичное. Обязательным условием Мораль как регулятор социального повеления «допуска» в жизнь общества является процесс социализации индивидума, т.е. освоения им специфично людского стиля жизни, главных ценностей вещественной и духовной культуры. Современное промышленное общество опирается на широчайшее разделение труда (вещественного и духовного), порождающего теснейшую взаимозависимость людей. Вот эта-то общественная связь и взаимозависимость людей, возникающая из обычного Мораль как регулятор социального повеления факта их совместной жизни, и является беспристрастной основой морали — ведущего духовного регулятора жизни общества.
Под моралью обычно понимают некоторую систему норм, правил, оценок, регулирующих общение и поведение людей в целях заслуги единства публичных и личных интересов. В моральном сознании выражен некоторый стереотип, шаблон, метод поведения человека, признаваемый Мораль как регулятор социального повеления обществом как лучший на данный исторический момент.
Нормы и правила морали формируются естественно-историческим методом, по большей части стихийно. Они появляются из долголетней массовой прозаической практики поведения людей, выкристаллизовываясь в качестве некоторых образцов исключительно в том случае, если общество интуитивно понимает их бесспорную пользу общему единству. Таким макаром, мораль в Мораль как регулятор социального повеления принципе можно считать проявлением коллективной воли людей, которая через систему требований, оценок, правил пробует согласовать интересы отдельных индивидов вместе и с интересами общества в целом.

Требования к индивидуму в моральном сознании принимают самые различные формы: это могут быть прямые нормы поведения, разные моральные ценности (справедливость, гуманизм, честность, скромность и т.д Мораль как регулятор социального повеления.) и ценностные ориентации, также морально-психологические механизмы самоконтроля личности (долг, совесть). Все это — элементы структуры нравственного сознания, владеющего целым рядом особенностей. Посреди их необходимо отметить: всеобъятный нрав морали, ее вне институциональность, императивность.
Всеобъятный нрав морали значит, что моральные требования и оценки попадают во все сферы людской жизни и Мораль как регулятор социального повеления деятельности.
Неважно какая политическая декларация не упустит варианта проапеллировать к нравственным ценностям, хоть какое произведение роскошной словесности непременно содержит внутри себя моральную оценку, никакая религиозная система не отыщет последователей, если не включит в себя довольно строгую мораль и т.д. Неважно какая прозаическая ситуация нужно имеет собственный «моральный срез», который Мораль как регулятор социального повеления позволяет проверить деяния участников на «человечность». Схожая «всеядность» морали связана со специфичностью ее требований и оценок, заключающейся в их всеобщем, всечеловеческом т.е. властном нраве. Рабочим либо предпринимателем, политиком либо художником любой из нас бывает только некое (рабочее) время, человеком же хоть какой из нас должен оставаться повсевременно.
Внеинституциональность Мораль как регулятор социального повеления морали значит, что в отличие от других проявлений духовной жизни общества (наука, искусство, религия) она не является сферой организованной деятельности людей. Проще говоря, не существует в обществе таких организаций и учреждений, которые бы обеспечивали функционирование и развитие морали. И оттого, наверняка, управлять развитием морали в обыкновенном смысле этого слова Мораль как регулятор социального повеления так, как строится управление наукой, религией и т.д., просто нереально.
3-я из нареченных выше особенностей морали — императивность — заключается в том, что большая часть моральных требований апеллируют не к наружной необходимости (поступай так и добьешься фуррора либо счастья), а к моральному же долгу (поступай так, так как этого просит Мораль как регулятор социального повеления твой долг), т.е. носит форму императива, прямого и бесспорного повеления. Люди издавна уже удостоверились, что серьезное выполнение моральных правил совсем не всегда приводит к актуальному успеху, и все же мораль продолжает настаивать на серьезном соблюдении ее требований. Разъяснить сей странноватый парадокс можно только одним образом: только Мораль как регулятор социального повеления в масштабе всего общества, в суммарном итоге выполнение того либо другого морального предписания обретает собственный полный смысл и отвечает некоей публичной потребности. В каждом же личном, отдельном случае итог может быть как положительным, так и отрицательным, ибо находится в зависимости от огромного количества случайных событий. Конкретно этим, возможно, следует разъяснять и Мораль как регулятор социального повеления напористый мотив неотклонимого бескорыстия хоть какого морального поступка: добро следует творить не ради ответной благодарности, а ради самого добра как такого. В этом призыве, думается, есть полностью оптимальный смысл, ведь общий баланс творимого добра и воздаяний за него сводится исключительно в общем итоге, на уровне общества в целом. Ждать Мораль как регулятор социального повеления же ответной благодарности на свои добрые дела в каждом без исключения случае, право, не стоит.

Понятие человечности, гуманности – одно из моральных понятий, иссле­дованием которых занимается теория морали, этика. Более глубоко и много его суть и содержание можно выявить, рассмотрев в контексте других мо­ральных понятий, являющихся Мораль как регулятор социального повеления категориями этики как науки, в системе этих ка­тегорий. Сначала нужно указать на связь понятия человечности с полярным по отношению к нему понятием коллективности, солидарности, пре­данности общим интересам социума. Вне признания их единства не может быть правильного осознания сути морали. Как и должно быть согласно диа­лектике Мораль как регулятор социального повеления, они и дополняют, и опровергают, ограничивают друг дружку, и должны быть «сняты в высшем синтезе», дающем более полную правду, чем каждое из их в отдельности.То, что мораль ориентирована на достижение 2-ух основных целей и соответ­ственно включает два мотива, отмечали такие наикрупнейшие теоретики морали, как Аристотель, Бэкон, Гоббс, Гельвеций, Кант, Гегель Мораль как регулятор социального повеления. Категорический импе­ратив И. Канта содержит два требования: поступать по всеобщему правилу и относиться к человеку как к цели. Разумеется, целями при всем этом являются инте­ресы общества в целом, естественно, выраженные во всеобщих нормах, и инте­ресы каждой отдельной личности. Вопрос об их соотношении поставил уже Мораль как регулятор социального повеления Аристотель, считавший, что предпочесть следует благо полиса. Кант также на 1-ое место ставит принятые в обществе нормы поведения. В качестве «синтеза» он выдвигает идею высшего блага, соединяющего внутри себя долг и счастье, другими словами, по существу, благо общества и благо личности. Если с этим со­гласиться, то нельзя неоспоримо считать человека Мораль как регулятор социального повеления высшей ценностью. Сам Кант охарактеризовывает человека как конечную цель. Ценность человека как объекта морального дела, дела гу­манности, может быть определена при помощи этого кантовского осознания. Кант именует человеческое общество, рассматриваемое в моральном плане, «царством целей». Вообщем ценность – это значимость объекта для субъекта. Если человек – ценность Мораль как регулятор социального повеления, то выходит, что он для общества – объект, а общество –субъект. Но тогда конкретно оно оказывается целью, а человек – средством. Мы же говорим, что он служит целью. Ничего необычного и необыкновенного тут нет. Так, машина – средство, но как объект, создаваемый человеком, она является для не­го целью, а он – средством. Понятия цели и Мораль как регулятор социального повеления средства «меняются местами».

Общество для людей – это форма их жизнедеятельности, вне которой они не могут существовать. Потому они ее повсевременно воспроизводят и развивают. Сами люди формируются публичными критериями их жизни, являются по сво­ей природе соц созданиями. В этом смысле человек вправду есть «со-вокупностъ публичных отношений». И все Мораль как регулятор социального повеления таки в конечном счете люди выступают для общества как цели, а оно для их – как средство. При всем этом они являются конкретно конечными целями, тогда как все цели, достижение кото­рых нужно для решения публичных задач, в конечном счете являются только средствами. Общество должно признавать ценность Мораль как регулятор социального повеления людей как конечных целей и относиться к ним подходящим образом, уважать их права и делать все вероятное для обеспечения их интересов. В этом и состоит сущность человечно­сти, гуманности. Человечность – беспристрастный закон обычного дела общества в целом и каждого его члена ко всем другим его членам, взятым вме­сте либо в отдельности Мораль как регулятор социального повеления. Если в данной социальной системе этот закон наруша­ется, у людей появляется отрицательное к ней отношение, и они тем либо другим методом изменяют ее. Это значит, что в обществе как системе действует беспристрастная необходимость дела к индивидумам как к конечным целям. Полностью эта необходимость может проявляться только Мораль как регулятор социального повеления в социально однородном обществе. Как она осуществляется в классовом обществе, а именно при капитализме, мы лицезреем на примере современной Рф. Но для выявления общих моральных законов мы должны представить для себя социум в предельной абстракции как систему отношений меж полностью равными друг дружке ин­дивидами, выступающими для этой Мораль как регулятор социального повеления системы в качестве конечных целей.Если понятие человечности выражает отношение социума к личности, к благу человека, то понятие коллективности – отношение личности к обществу, к его благу. Это отношение – один из основных моральных законов, который мо­жет быть назван законом коллективности, долга, преданности интересам обще­ства. Почему на 1-ое место в их единстве Мораль как регулятор социального повеления ставят (и это верно) этот за­кон? Дело в том, что человек является моральной ценностью только в обществе, как элемент публичной системы. Норме, требующей почтения к человеку, логически предшествует факт существования социальной нормативности, поль­зующейся общим почтением. Как следует, начальной, первичной целью мо­рали может быть Мораль как регулятор социального повеления только благо общества. На это можно сделать возражение, что по сути начальным служит личный энтузиазм, побуждающий человека, как и животное, жить в обществе. Есть же если и не люди, то животные некото­рых видов (к примеру, медведи, леопарды, тигры), живущие в одиночку и соеди­няющиеся с другими особями, только Мораль как регулятор социального повеления когда это становится для их необходимым, «выгодным». Но то, что все они же временами соединяются – самцы с сам­ками, а самки – с детенышами, образуя семьи, – значит, что у их есть социаль­ные инстинкты. Тем паче это правильно относительно стадных животных, от кото­рых произошли люди, и, естественно, относительно самих людей Мораль как регулятор социального повеления; социальные ин­стинкты, унаследованные ими от их животных протцов, передаются от поколе­ния к поколению биогенетически, возможно, усложняются и развиваются уже в протяжении не 1-го миллиона лет, становясь на определенном шаге основой для формирования моральных эмоций, норм, принципов и эталонов, являющихся в собственной совокупы той психической системой, которую именуют «мо Мораль как регулятор социального повеления­ральным сознанием». Ясно, что это не только лишь сознание в узеньком смысле слова, а сложное психическое образование, включающее инстинкты-архетипы, интуи­цию, оценочные суждения и т. д. Вопрос этот еще просит, как представляется, сурового исследования.

Личные интересы служат предпосылкой образования социаль­ных форм жизни и предпосылкой их сохранения Мораль как регулятор социального повеления, но еще не элементами морального сознания, как это считает теория «разумного эгоизма». Предпосылка и биологи­ческая база морали не есть ее составляющие. Персональная ценность че­ловека становится моральной ценностью только в системе соц отноше­ний, где она из самоценности (если о такой можно гласить) преобразуется в ценность для общности Мораль как регулятор социального повеления и для ее отдельных членов. Для того, чтоб каждый от­носился к себе и ко всякому другому члену социума как к конечной це­ли, он должен сначала относиться к общему благу как к начальной и ве­дущей цели и ценности. Соединяя оба эти дела, можно последующим обра­зом Мораль как регулятор социального повеления сконструировать основное моральное отношение (ОМО), либо основной мо­ральный закон (ОМЗ): отношение личности к общему благу как к начальной и ведущей цели, к личному благу (собственному и чужому) – как к самоцели (другими словами не толь­ко как к средству) и конечной цели, и к их единству – как к высшей цели (и цен Мораль как регулятор социального повеления­ности).У нас обширное распространение получила формула «человек – высшая ценность», порожденная сейчас господствующей в Рф либеральной идеоло­гией. Высшая по сопоставлению с чем? Разумеется, с публичными интересами? Это так же ошибочно, как то, что последние всегда выше личных, которые, безус­ловно, должны им подчиняться. Ранее высказывалось мировоззрение, что никакого Мораль как регулятор социального повеления подчинения не должно быть, ибо правомерна только гармония меж теми и другими интересами. Но гармония и базирована на взаимоподчинении. Вспомним слова Гераклита: «Из расходящихся – прекраснейшая гармония». Видимо, пра­вильно будет считать, что те либо другие интересы могут быть высшими только ситуационно.Чтоб появилась гармония, нужно, чтоб они Мораль как регулятор социального повеления в чем либо «сошлись», а означает, «уступив» друг дружке, взаимоподчинились. Ценность публичного перед личным нужен тогда, когда общности угрожает суровая опасность либо на­ступление таковой угрозы в дальнейшем полностью возможно. При отсутствии таковой необходимости обязано иметь место взаимосогласование интересов. Ценность могут приобрести и личные интересы, к примеру при выборе профессии Мораль как регулятор социального повеления, при освобождении от работы в случае заболевания и т. п. Но в общем и целом высшей ценностью может быть только единство, сочетание личного и публичного, их гармонизация. Это единство – высший принцип моральной целесообразно­сти. Последняя же является сутью и аспектом подлинной социальной це­лесообразности. Это значит, что моральное и подлинно Мораль как регулятор социального повеления соц в природе человека на самом деле совпадают. По другому говоря, моральное есть воплощение челове­ческой социальности в ее всеобщем сущностном значении, человек по собственной общей природе – существо моральное. Человек определяется как «человек ра­зумный», но нельзя быть подлинно разумным, не будучи моральным. Мораль­ность, как Мораль как регулятор социального повеления и разумность, – видовой признак человека. Потому моральное поня­тие человечности и происходит от понятия человека.

В человеке есть и доброе, и злое. Почему же только доброе, моральное, гуманное охарактеризовывает общую природу человека? Так как для подлин­ного человека, соответственного собственной общей природе, характерно подчинение злого хорошему, естественно, не раз и навечно Мораль как регулятор социального повеления данное, но осуществляе­мое в борьбе меж ними. Потому в конечном итоге человек не добр и зол, а добр, морален, гуманен. Секрет этого прост: моральность – это та же социальность, другими словами то, что соединяет людей; необходимость сотрудничества и взаимо­помощи, а означает, потребность в разговоре, в гармонизации обоюдных отноше Мораль как регулятор социального повеления­ний, в принципах и нормах, обеспечивающих обычное общение.Произнесенное относится полностью только к обществу в его абстрактной, безупречной форме, другими словами к такому, в каком все его члены являются равными це­лями, по другому говоря, где имеет место соц равенство. Оно было при первобытно-общин-ном строе Мораль как регулятор социального повеления, но в итоге его разложения, возникновения личной принадлежности на средства производства и разделения общества на классы сменилось неравенством. Но и в социально однородном обществе люди не являются и не могут быть полностью равными. Означает ли это, что от­ношение общества к своим членам как к равным целям и ценностям Мораль как регулятор социального повеления даже в са­мых подходящих в соц плане критериях нереально?Если люди не полностью равны, означает, они неравны. Каково соотно­шение меж их равенством и неравенством? Как их неравенство соотносится с человечностью? Ответить на эти вопросы можно, обратившись к понятию справедливости, которое является конкретизацией понятия гуманности, харак­теризует меру гуманности. Для определения Мораль как регулятор социального повеления последней и нужен учет нера­венства меж людьми. Аристотель выразил сущность справедливости в формуле: «равным – равное, неравным – неравное». По другому говоря, она состоит в единстве равенства и неравенства. Не ведет ли неравенство к уничтожению равенства? Для либерализма типично их абсолютное противопоставление. К примеру, в Программке ДВР Е. Т. Гайдара Мораль как регулятор социального повеления утверждалось, что равенства меж людьми нет. Это пример метафизического, антидиалектического, неверного мышления. Если все люди обозначаются одним и этим же словом «человек», ну и этим же словом «люди», то разве это не значит, что они в чем либо, что делает их конкретно людьми, тождественны, равны меж собой? Из этого Мораль как регулятор социального повеления равенства, как писал Ф. Энгельс, вытекает и требование общественного равенства. Ибо люди низших классов в какой-то момент осознают, что, по существу, они ничем не ужаснее господ, что и на физическом уровне, и интеллектуально все люди в принципе равны. И, сле­довательно, справедливо, чтоб все люди занимали в обществе Мораль как регулятор социального повеления равное поло­жение, не делились на «высших» и «низших», господ и рабов.Разумеется, что в базе справедливости лежит равенство, ибо те характеристики, которые являются для людей общими, имеют для вида «человек разумный» базовое значение, делают людей людьми. То же, что отличает 1-го человека от другого, не изменяет Мораль как регулятор социального повеления факта принадлежности каждого к этому виду. Особенности, делающие людей неодинаковыми, неравными, делятся на две обратные категории: не противоречащие равенству и противоречащие ему. Учет первых только увеличивает равенство, а означает, и справедливость (напри­мер, различия по возрасту, полу, здоровью и т. п.). Наличие и признание вторых (к примеру, меж обеспеченными и Мораль как регулятор социального повеления бедными, собственниками и лишенными соб­ственности, образованными и необразованными) значительно уменьшают справедливость такового публичного строя, при котором они имеют место, а с течением времени становятся нетерпимыми для тех, кто от их мучается и оценива­ет их как несправедливые. Во 2-м случае речь, естественно, идет о социаль­ном неравенстве.

Несправедливость – это Мораль как регулятор социального повеления негуманность, нарушение человечности. Где нет справедливости, там нет и человечности. Личная собственность рождает инди­видуализм, эгоизм, опровергает базы человечности, коллективности, морально­сти как такой. Ведущей формой регуляции становится право, опирающееся на силу страны. Если правительство значительно ослабляется, как произош­ло у нас по плану и воле либералов в Мораль как регулятор социального повеления конце 80-х и в особенности сначала 90-х годов прошедшего века, а общество оказывается деморализованным в итоге массированной либерально-буржуазной пропаганды, соц система раз­рушается, появляется анархия, неоднократно растет преступность, – такое общество перестает быть гуманным. То, что вышло у нас в процессе капита­листической контрреволюции, воочию указывает, что Мораль как регулятор социального повеления капиталистический строй противоборствует социалистическому, даже еще очень неидеальному, как антигуманный – человечному. Факты, доказывающее антигуманность капитализма, всем у нас отлично известны, и ссылаться тут на их нет необходимости.Либерализм как негожий продукт нам экспортировали оттуда, где он уже издавна на практике не употребляется. У нас же его приняли за чистую монету. Это антинаучная Мораль как регулятор социального повеления, антисоциальная и глубоко безнравственная идеология, применение которой ведет общество к полнейшему краху. Краеугольный камень «теории» либерализма – осознание свободы как произвола самостоятельного по отно­шению к социуму индивидума, руководствующегося только своим част­ным энтузиазмом, который состоит в погоне за прибылью. Философская трактов­ка свободы либерализмом сходна с Мораль как регулятор социального повеления ее экзистенциалистской трактовкой: свобо­да не имеет беспристрастного основания. Тем она оказывается пустым сло­вом, ее понятие никак не определяется, что значит теоретическое бессилие и бесплодие такового «понимания». Реальное основание таковой трактовки – кажу­щаяся полная самостоятельность агентов рыночных операций по отношению друг к другу, к государству и обществу в Мораль как регулятор социального повеления целом. Индивидум объявляется «высшей ценностью», а его свобода – более высочайшей ценностью, чем ценность «порядка». Правительство не должно заниматься регулированием рынка, он регулируется «невидимой рукой», которая и устанавливает там порядок. Начальное значение, таким макаром, имеет свобода индивидов, «порядок» же оказывается вторич­ным, производным. Все в этой «теории» оказывается перевернутым с ног на Мораль как регулятор социального повеления го­лову.Научная философия дает детерминистское, ясное и убедительное пони­мание свободы, неразрывно связывая ее с необходимостью. Так, Аристотель называл свободным действие, принцип которого заключен в самом действую­щем лице (другими словами не навязан ему снаружи); согласно Спинозе, свободной является та­кая вещь, которая действует в силу необходимости своей Мораль как регулятор социального повеления природы; по Гегелю, свобода – это познанная необходимость; Энгельс связывал свободу с основанным на зании необходимостей господством над нами самими и над наружной природой. Исходя из этих определений, можно сказать, что свобода – это беспрепятственность воплощения своей необходимости, основанная на независимости, естественно, относительной, от наружных негативных и ис­пользовании положительных причин Мораль как регулятор социального повеления. Если свобода – это воплощение принци­па либо необходимости, то, означает, не свобода предшествует «порядку», а «по­рядок», публичные условия, правительство, мораль и право предшествуют свободе индивидов и определяют социально-исторический нрав их свобо­ды. Как было сказано, нельзя жить в обществе и быть свободным от общества. Утверждая оборотное, либерализм Мораль как регулятор социального повеления неизбежно впадает в самый одичавший анархизм, реализацией которого и стал наш одичавший капитализм.В Программке ДВР говорится: нам необходимо не сильное правительство, а силь­ные граждане. Чем же не манифест анархизма! Если признается неравенство этих граж­дан, то, наверняка, нужно признать, что есть не только лишь сильные, да и слабенькие Мораль как регулятор социального повеления? Все ли являются высшими ценностями? Если все, то хотя бы в этом, совершенно нема­ловажном, смысле нужно признать всеобщее равенство? Но какое может быть равенство: ведь сильные вправду становятся «высшими ценностями» по отношению к слабеньким, а они по отношению к сильным при отсутствии сильного страны уже будут «низшими ценностями Мораль как регулятор социального повеления». Ибо там, где есть высшее, должно быть, соответственно, и низшее. А если все до 1-го – «высшие», то где «низшие» и вообщем – «низшее»? Вот какое «умное» понятие выдумали и даже включили в нашу Конституцию.

Какой оптимальный, соответственный реальности смысл за­ключает внутри себя это понятие? Тот, что в обществе есть Мораль как регулятор социального повеления «высший класс», появившийся у нас, как всем понятно, методом нелегитимного, на самом деле – нелегального присвое­ния главных средств производства, принадлежавших всему обществу, другими словами пу­тем ограбления народа, ставшего в итоге этого «низшим классом». «Высший класс», узурпировав госвласть и всю правовую систему, присвоив для себя львиную долю Мораль как регулятор социального повеления публичного достояния, преобразовал «низший класс», другими словами большущее боль­шинство населения, в бедных и нищих. Общество закончило быть подлинным общим благом для их, а они для него – конечными целями. Им остается один удел – деградировать, болеть и дохнуть, в почти всех случаях не доживая 20–30 лет до старости.И это Мораль как регулятор социального повеления очень верно укладывается в концепцию либерализма, согласно ко­торой каждый за себя и никто – за всех. В ее базе лежит теория общественного дарвинизма, не заслуживающая даже наименования «звериной», ибо в животном ми­ре, в стадах, сворах, прайдах и т. п. преобладают дела сотрудничества, взаимопомощи, а не обоюдной борьбы. Можно почти Мораль как регулятор социального повеления все сказать о тех воистину ужасных неудачах, которые принесла Рф либеральная идеология, власть, взявшая ее на вооружение в деле разрушения социализма, а совместно с этим – соци­ального порядка в самой его базе, в разработке дичайшего капитализма, угро­жающего сохранению нашей страны и ее народа. Об этих неудачах уже Мораль как регулятор социального повеления открыто пишут и молвят в ряде всевозможных случаев в СМИ. Но наша задачка – другая. Мы гово­рим о несправедливости классового строя вообщем, капитализма – в особенности. Капитализм – это по собственной сущности безнравственный строй, в корне противоречащий общей базовой, нравственной по собственному нраву природе челове­ка.

Мораль, естественно, не исчезает с пришествием Мораль как регулятор социального повеления эпохи капитализма. Она фор­мируется в детях их родителями, проповедуется в религиозных политических и других обществах, ее принципов придерживаются многие ученые, писатели, живописцы. Но буржуазная экономика, высшим принципом которой является обогащение част-ных лиц, достижение ими наибольших прибылей, не остав­ляет места для совести, человечности, справедливости. Как писал один журна Мораль как регулятор социального повеления­лист, при 300 % прибыли нет таких злодеяний, на которые не пошел бы капиталист даже под ужасом виселицы (эти слова процитировал Маркс в «Ка­питале»). А экономика, в конечном счете, – определяющий фактор жизни обще­ства. Потому доминирующим становится личный энтузиазм, индивидуализм, несопоставимый с главным моральным законом, с моралью в целом. Об Мораль как регулятор социального повеления этом писал Маркс, указывая на противоположность «политэкономии морали», другими словами моральных рамок, с «моралью политэкономии» – с принципами погони за прибылью, конкуренции и др. Можно ли признать таковой строй обычным, подходящим извечным человечьим рвениям, которые всегда несут внутри себя ориентацию на моральный эталон? Естественно, нет! Общечеловеческий мо­ральный эталон – это Мораль как регулятор социального повеления эталон не только лишь нравственной личности, да и нравственно­го публичного строя, гуманного и справедливого. Нет необходимости до­казывать, что буржуазный строй ничего общего с этим эталоном не имеет, что он является его прямым и абсолютным отрицанием. Потому он не может быть долговременным. И мы лицезреем, что уже в мире Мораль как регулятор социального повеления происходит неспешный, тяжелый, противоречивый, но неодолимый процесс перехода от капитализма и классового строя вообщем к социализму – первой фазе коммунизма. Только рос­сийская «элита», окутанная жаждой обогащения и вооружившаяся лженаучной идеологией либерализма, нецеремонно обманувшая и продолжающая обманы­вать люд, умудрилась повернуть страну в оборотном направлении, в первона­чальный Мораль как регулятор социального повеления капитализм, а в области миропонимания еще далее – в прошедшее, в Средневековье с его господством религиозного сознания.Идеологи либерализма раз в день и раз в час, всемерно используя пе­чать, радио и в особенности телевидение, стопроцентно находящееся в их распоряже­нии, уверяют, и, к огорчению, небезрезультатно, общество, что конкретно наш теперешний Мораль как регулятор социального повеления строй является «нормальным» и еще более действенным, чем социалистический. И, видимо, многие пока поддаются их софистической пропаганде. Но правда как раз в оборотном. Классовый строй, в истории вида «человек разумный» занимавший приблизительно 1/10 времени его существования, а в истории людского рода – около одной тысячной, выпадает из нормы социальности. Более Мораль как регулятор социального повеления того, он выпадает из нормы всей истории живой природы в ас­пекте развития соц форм жизни. (Объединения пчел, муравьев и неко­торых других видов насекомых, у каких есть «классы», нельзя считать соци­альными, ибо эти объединения являются, как признано наукой, «сверхорганизмами».) Но главное в том, что, как внушительно Мораль как регулятор социального повеления подтверждено марксизмом и под­тверждается фактическим ходом развития населения земли, время существования этого строя завершается, из чего можно прийти к выводу, что его сравнимо недолгое бытие представляет собой некоторый сбой, шаг вспять в развитии социаль­ности вообщем и людской социальности а именно. Этот сбой можно оценивать как «мертвую петлю», в Мораль как регулятор социального повеления которую вошла история 6–7, может быть, мак­симум 10 тыщ годов назад и из которой она, к счастью, сейчас выходит. Тяжело предугадать, какой период времени займет этот переход. Но можно предполо­жить, что он завершится в первой половине этого тысячелетия.

Марксизм дает строго научное обоснование закономерности пришествия эры коммунизма: в свое время труд Мораль как регулятор социального повеления заполучил личный нрав, появилось личное ведение хозяйства, что привело к возникновению личной собст­венности, классов, разделению общества на богатых и бедных, господствую­щих и рабов, подорвало единство социума и единую мораль, дела гуман­ности и справедливости; с развитием капитализма труд опять становится обще­ственным по собственному нраву Мораль как регулятор социального повеления, что безизбежно ведет к подмене личной собст­венности публичной, к уничтожению классов, к возрождению морального единства общества, гуманности и справедливости в отношении каждого его члена. Марксизм – высшая ступень развития идеологии гуманизма. Некие западные философы узрели гуманизм Маркса в его ранешних произведениях и исключительно в их, не понимая, что Мораль как регулятор социального повеления все учение Маркса имеет непременно гуманисти­ческую направленность. В собственных зрелых трудах Маркс перенес акцент с анализа сути человека на исследование соц критерий его существования, ибо исходил из того неоспоримого положения, что конкретно публичные и осо­бенно экономические дела определяют формы жизни и способности развития людей. Придав коммунизму научный нрав Мораль как регулятор социального повеления, Маркс именовал его ре­альным гуманизмом. И с этим нельзя не согласиться, ибо настоящий гуманизм не сводится к обоснованию особенной ценности человека и к общим рассуждениям о ней вне места и времени, а просит, и это самое главное, исследования пу­тей более полной реализации человека как ценности и практических дейст­вий Мораль как регулятор социального повеления, направленных на то, чтоб эти пути проложить в реальности.

Люди — единственные на Земле существа, имеющие моральные обязательства. В том числе и перед одичавшей природой. У нас нет достаточной предпосылки веровать в то, что человеческое существование является единственным благом и наивысшим благом. Деление может быть осуществлено исключительно в отношении Мораль как регулятор социального повеления объекта долга, а не в отношении обязывающего субъекта. Обязываемый, как и обязывающий, субъект всегда только человек, и хотя в теоретическом смысле нам позволено различать в человеке душу и тело как природные характеристики человека, все таки нельзя мыслить их как разные обязывающие человека субстанции, по другому мы имели бы Мораль как регулятор социального повеления право разделять обязанности по отношению к телу и по отношению к душе.— Но ни опыт, ни умозаключения не дают нам довольно сведений о том, содержит ли человек душу (как пребывающую в нем субстанцию, отличающуюся от тела и способную мыслить независимо от него, т. е. как духовную субстанцию), либо, напротив, может ли Мораль как регулятор социального повеления жизнь быть свойством материи, и если даже правильно 1-ое, то все таки нельзя мыслить какой-нибудь долг человека перед телом (как обязывающим субъектом), хотя это тело человека.

1) Потому может иметь место только беспристрастное деление обязательств по отношению к себе на формальное и вещественное в обязательствах, при этом одни Мораль как регулятор социального повеления из их — ограничивающие (нехорошие обязанности), другие—расширяющие (положительные обязанности по отношению к себе). Нехорошие это те, которые воспрещают человеку поступать против цели его природы, стало быть, имеют в виду только моральное самосохранение, положительные же — те, которые предписывают сделать собственной целью тот либо другой предмет произвола и ориентированы на Мораль как регулятор социального повеления самосовершенствование. Оба этих вида долга принадлежат к добродетели в качестве долга воздержания либо долга свершения ; но и тот и другой — долг добродетели. 1-ый долг относится к моральному здоровью человека как предмета его наружных эмоций и внутреннего чувства, имея целью сохранение его природы в совершенстве (как восприимчивость); другой — к Мораль как регулятор социального повеления душевному благополучию , которое состоит в обладании способностью, достаточной для всякой цели, так как эта способность приобретаема, и к культуре (как инициативному совершенству) себя самого.— 1-ый принцип долга перед самим собой содержится в изречении: «Живи сообразно природе» , т. е. сохраняй совершенство собственной природы; 2-ой же — в положении: «Делай себя более совершенным, чем Мораль как регулятор социального повеления сделала тебя природа»

2) Но может быть и личное деление обязательств человека по отношению к себе, т. е. такое деление, согласно которому субъект долга (человек) рассматривает себя либо как животное (физическое) и в то же время моральное существо, либо только как моральное существо.Естественные побуждения, относящиеся к животной природе Мораль как регулятор социального повеления человека сущность: а) побуждение, через которое природа преследует цель самосохранения, Ь) побуждение, через которое она преследует цель сохранения рода, с) сохранение своей возможности к приятному, но все таки только животному удовольствию жизнью.— Пороки, противоречащие тут долгу человека перед самим собой: суицид, неестественные методы ублажения полового чувства и чрезмерное употребление Мораль как регулятор социального повеления еды, ослабляющее способность целенаправлено использовать собственные силы.

Что касается, но, долга человека перед самим собой как перед моральным существом (без учета его животной природы), то этот долг состоит в формальном элементе соответствия меж максимами воли человека и достоинством населения земли в его лице; как следует, долг человека перед самим собой Мораль как регулятор социального повеления состоит тут в воспрещении лишать себя достоинства морального существа, состоящего в том, чтоб поступать согласно принципам, т. е. в воспрещении лишать себя внутренней свободы и тем делаться игрушкой одних только склонностей, стало быть вещью.— Пороки, противостоящие этому долгу: ересь, скупость неверное смирение (раболепие). Эти пороки придерживаются принципов, которые Мораль как регулятор социального повеления прямо противоречат (даже по одной только форме) нраву людей как моральных созданий, т. е. внутренней свободе, прирожденному достоинству человека, а это значит: они делают своим принципом отсутствие всякого принципа и поэтому также всякого нрава, т. е. самоунижение и навлечение на себя презрения.— Добродетель, противостоящая всем этим порокам, можно именовать любовью к Мораль как регулятор социального повеления чести , образом мыслей, который как небо от земли отличается от честолюбия (которое может быть очень подлым); о добродетели под этим заглавием ниже будет сказано раздельно.Человек рождается как моральное существо. Не слепые био по­буждения, а нравственность становится для него той силой, которая упорядочивает поступки, страсти и Мораль как регулятор социального повеления мысли.

Одним из причин формирования морали является общественность человека, его способность к сопереживанию другим и альтруистические позывы. Следование морали может быть и из эгоистических побуждений — в данном случае человек ждет, что к нему будут относиться в рамках той же морали. В таком случае оно приводит к улучшению репутации. Эволюционный подход Мораль как регулятор социального повеления к морали и обширное освещение вопроса репутации в социуме содержится в книжке Мэтта Ридли «Происхождение добродетели».

Социология морали изучает закономерности как формирования систем моральных ценностей разных соц групп, так и взаимодействия этих соц групп, обусловленные действием имеющихся моральных систем. Социология морали занимается исследованием нрава обстоятельств конфликтов меж индивидумами и соц Мораль как регулятор социального повеления группами, вызванных несовпадением их моральных ценностей, также определением решающих тенденций развития общества в критериях разрешения им моральных заморочек.


morfologiya-orfografiya-kultura-rechi.html
morfologiya-pravopisanie-okonchanij-i-suffiksov-prichastij.html
morfologiya-rotovoj-polosti-graf-struktura.html